Google+

ОТВЕТЫ НА «ИНДЕЙСКИЙ ВОПРОС». ИСТОРИЯ 1 — «БУНТ». ЧАСТЬ 2

Я И ГИБСОН

>>> ЧАСТЬ 1.
С  ЧЕГО ВСЕ НАЧАЛОСЬ ? >>> ЧИТАТЬ ПРЕДИСЛОВИЕ («Про то, как я помогу Вам быстрее достичь результатов на гитаре»
Спасибо за то, что решили продолжить! Продолжаем!
…Так, о чем это я?…
А! Вот:

Когда про свободу слова в СМИ стали забывать, прекратились местные политические баталии, и гусаки-толстосумы перестали метать икру, чтобы покупать на нее эфирное время – я оказался не у дел. Судьба снова дала ZaG.

Мои авторские программы закрыли. Я мог бы спокойно существовать и в кресле редактора новостей. Тем более что к должности прилагался собственный маленький «стеклянный» кабинетик, а в углу этого кабинетика неприметно помещался синенький «ибанезик». Но…

Было душно. Невыносимо душно. Не в физическом смысле.

Хотя, чтобы немного поиграть и отвести душу, просто на «доске», без подключения – мне действительно приходилось закупоривать дверь и опускать жалюзи. И со стороны это выглядело подозрительно, а солнце в окно с южной стороны действительно быстро нагревало воздух в комнатушке.

Душно было и от другого.
Моя жизнь шла по какому-то чужому плану.

Творчества в ней совсем не осталось.
Андрея – лидера нашей группы – к тому времени уже давно не было в живых. Его убили у себя дома. Еще в девяностые. Группа для меня перестала существовать… в общем, меня в ней не было.

Работа, по сути, была сродни Церберу – держать и не пущать. Как бы наши журналисты чего «мимо линии партии» не сказали. И этим занимаюсь я!

Я!

Надо мной стояло начальство, чья работа тоже заключалась в том чтобы
«держать и не пущать».
А над начальством – учредители. А над ними власть. Вот такая вертикаль.
И я – маленький нижний винтик в этой системе.
Работа занимала почти все время

Я НА ТВ
А главное – мое окружение совершенно не способствовало развитию по гитаре. Я потерял старые связи, выпал из рокерской тусовки, старые «гитарные» друзья – кто «одумался» как я, а кто и просто исчез.

Мое новое окружение совершенно не понимало мои интересы. На гитару в кабинете смотрели косо. Ладно бы «акустика»… это еще как то можно объяснить – но электрогитара!..

Все что я делал – перемалывал уже сыгранное, да и то постепенно его забывал.

С момента моего первого пришествия на ТВ прошло уже 8 лет.
И мое время подходило уже к сорока.

Ну что делать? Смириться и навсегда проститься с идеалами?
Кончилась молодость, прощайте мечты!

И тут я решился на отчаянный шаг.
Я встал из уютного, но ненавистного кресла и пошел в кабинет нашей директрисы.

Она из «молодых, да ранних». Значительно моложе меня, зато с тремя (!) высшими образованиями, образец эталонного «кадрового резерва» управленцев. Ставленница учредителей и типичный «человек-функция».

И подал заявление по собственному желанию.

Мне кажется, она даже испытала облегчение (если человек-функция может вообще испытывать эмоции). Все-таки, я был инородным телом – слишком странный, чтобы тут существовать, и слишком редкий, чтобы меня можно было без предлога уволить.

А тут подфартило. Сам решил устраниться – какая удачная оптимизация фонда заработной платы!

Дома меня ждал скандал.
Моя молодая супруга (тогда мы еще не были расписаны) была в панике.
«Мы все умрем с голоду! О чем ты думал!» — не именно такими словами, но суть именно эта.

А я думал о том, что нужно двигаться ближе к музыке.
План у меня был – простой и тупой. И он сработал.

Тогда директором местного «МузТорга» был друг моей юности и тоже гитарист — Жалиль.
Я пошел к нему на поклон. И он меня принял менеджером по продажам (попросту – продавцом) в гитарный отдел.

«Да ты с ума сошел! – сокрушалась моя благоверная – Зарплата в 7 тысяч!»
(далее – «мы все умрем», и т.д.)

«Семь — это оклад, – как мантру повторял я, – Есть еще и проценты от продаж. Будут… наверное»

И я получил возможность играть, заниматься и развиваться прямо днем, на работе. Не все время, конечно – продавать тоже нужно. Но если играть умеренно – на это Жалиль смотрел сквозь пальцы.
А сам Жалиль после закрытия магазина репетировал там со своей группой.

И туда заходили музыканты. Я общался с ними, я я был в теме. Я постепенно входил в свою родную орбиту.

Я И ГИБСОН
Как-то зашел юный тогда еще Роберт Шадрин, поразил меня своей игрой. Сыграв, вместо жужжащих метал-риффов – что делали все – Lenny Стива Рея Вона.

И мы решили играть вместе, собрали группу, назвали ее Bad Horsie, по названию композиции Стива Вая, и начали репетировать. Там же – в Музторге, по очереди с группой Жалиля.
И вот тут – снова по законам жанра – нужно было бы снова написать, что мы с Робертом записали суперальбом и поехали в супертур.

А Человек-функция пришла бы на наш концерт и просила бы автограф…

Ну, и?…

… Я сидел за своим столом продавца, за компьютером.
В торговом зале никого не было. Никто не терзал гитары и не просил ничего снять с витрины и показать. Мерно жужжали лампы дневного света. Можно было даже уснуть.

И вдруг я почувствовал… Вернее НЕ почувствовал.
Я не почувствовал свою левую руку.
Рука была, но она была как не моя.

Если бы это было сейчас, в моем нынешнем возрасте – я бы первым делом решил, что это инсульт. Всполошился бы и вызвал бы «скорую».
И лег бы в драматической позе – умирать.

Но тогда я подумал, — «Как так я успел руку отлежать? Об стол, наверное, придавил, пережал что-то – надо ее со стола снять и вниз опустить».

Снял правой рукой левую и опустил вниз.

Минута, другая … Ничего.

Ничего! Нет руки!

Вот тут я испугался по-настоящему.
«Парализовало!», – И противное ощущение комка в животе. Страх.

Я пытался шевелить пальцами, колол руку канцелярской кнопкой, чтобы почувствовать боль. И вот – я немного шевелю, и что-то, притупленно – чувствую!

«Нет! Не парализовало!»
Немного отлегло. Но все равно, какая-то лажа. Может, само скоро пройдет?

Не прошло.
Это был туннельный синдром – в самой крайней степени. Нерв, идущий по руке к кисти, оказался пережат позвонком. По всей руке от самого плеча до пальцев шла широкая полоса, где кожа не чувствовала, а мышцы видимо, не действовали.

Не прошел даром мой прыжок вниз головой в полупустой бассейн – глупость молодости, после которого я лежал в нейрохирургии. А может быть и зря я делал становую тягу в тренажерном зале… Плюс годы сидячей работы с руками на столе. Плюс – как ни обидно – многочасовые занятия на гитаре тоже не пошли на пользу.

В общем, звезды сложились неудачно.
Я поднял все связи, ходил на прием к профессору-невропатологу, лечился.
Не мог не только играть – при попытке помыть тарелку, она падала в раковину из левой руки. Я не мог ее удержать.

Постепенно стало чуть-чуть лучше.

Но… Как гитарист я кончился. Это был крах.
В один день я еще мог играть, а в другой наступало ухудшение – и уже нет.

В нашей с Робертом группе я попытался перейти на вокал. Тем более, что Роберт так играл, что его и одного было очень много.
Блин! Вокалист из меня оказался еще хуже, чем гитарист.

Да и как продавец в гитарном отделе – что за продавец, если он не может дать убедительную демонстрацию инструмента?

Казалось все. Это край.
Исчезает работа, хобби… Какое там хобби – дело всей жизни!

Можно было «сесть на стакан» и включить ту программу, которую некоторые мои друзья-знакомые исполнили в 90-е. И в скором времени присоединиться к их компании на Южном кладбище.

Меня в буквальном смысле спасло то, что я работал в месте, куда заходили совсем начинающие гитаристы. «Пионеры», как мы их называли.
Часто, вместе с родителями. Родители, покупая своему отпрыску гитару и усилитель, иногда все же интересовались, – «А не знаете ли Вы приличного преподавателя?».

Раньше, обычно в таких случаях, я по негласной договоренности переправлял всех к Виктору Протодьяконову, известному в нашем городе, маститому преподавателю.

Но тут решил попробовать часть из них «оставлять себе».
(Простите меня, Виктор Иванович! У Вас и так была внушительная ученическая база, а пара-тройка человек погоду бы для Вас не сделали)

И случилось чудо.
Знания и навыки, накопленные мной, пригодились!
Я и вправду потерял себя как гитариста. Я до сих пор не могу надеяться на то, что сыграю что-то в нужный момент. Вот уже 11 лет – как я «полуторарукий» гитарист (да еще и правая начала пошаливать).

Но началась новая жизнь!
Я нашел себя – и в итоге этого пути именно поэтому пишу сейчас эти строки.
Мой «Бунт», как я считаю, все же увенчался успехом.
Хотя вовсе и не так, как я об этом раньше думал.
Но я занимаюсь любимым делом!

Впрочем, несколько лет назад было еще одно ключевое событие в этой цепочке.
Может быть, самое ключевое.
И это тоже был бунт, и почище чем все остальные.

Но это уже другая и тоже длинная история. Когда-нибудь напишу о ней, но позже. А сейчас не буду Вас утомлять.

И вот мое мотивирующее резюме.

Мы предполагаем, а Бог (Судьба, Жизнь – оставить то, что Вам ближе) – располагает.
Нам не дано знать, как повернется ситуация, какой ZaG мы можем испытать.

Но наших навыков (если мы совершенно здоровы) или знаний, если мы здоровы хотя бы относительно – никому не отобрать.

Если эти знания и навыки получены на пути к Вашей Мечте, они не обременяют Вас. Напротив, они помогают жить.

И если Вы решите «взбрыкнуть» и что-то сильно поменять в своей Жизни – у Вас всегда будет «запасной аэродром».

И скорее всего, Вам окажется на нем комфортней, чем на том, куда Вас обычно пыталось посадить Ваше окружение или «накатанная колея» существования.

Колея, которая была накатана по чьему-то чужому плану.

Бунт не обязательно должен быть таким большим и имеющим необратимые позитивные последствия.

Если Вас достали домашние («заботы» — я имел виду, а Вы что подумали :), и Вы сбежали из дома на репетицию, или закрылись в ванной с гитарой – это бунт. Маленький. Безобидный. Но от него легче. Вы своей игрой моментально создали собственный мир, в котором Вам хорошо.

И если Вас доконал начальник, считая Вас ленивым и неспособным работником – представьте, как скривится его лицо, если Вы ему подуете своей перегруженной гитарой в уши, на громкости в 120 децибел.

А пусть сам попробует так сыграть, как умеете Вы!
Кто из Вас двоих будет тогда «неспособным»?
На своем поле Вы выигрываете «в сухую». Главное уметь играть.

И если Вас доконала рутина (цифры, тонны и кубометры, погонные метры, рубли и человеко-часы) — Вы можете моментально уйти туда, где они не значат абсолютно ничего.

Где есть только эмоции, где есть только «здесь и сейчас».

Главное уметь выдать это все, а не продолжать подыгрывать цифрам, исполняя вместо музыки набор упражнений – 1-ое, 2-ое, 3-е…

«Эй, гитарист, пошли их всех на …

И нажми на свою педаль!

Все это Rock-n-Roll»

Было бы на что нажать. И что сделать после того, как нажмешь.

 

 

 

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий